Британия превратилась в остров невезения

Британия превратилась в остров невезения

Люди переходят дорогу на улице в центре Лондона. Архивное фото

Британия превратилась в остров невезения

Александр ХабаровВсе материалы

Среди неотправленных посылок и писем бродит лиса в поисках чего-то съедобного. В заснеженном тупике мерзнут застывшие без движения поезда. Фотографии-образы наступившей в Англии «зимы недовольства». Поздравительные открытки рекомендовано передавать из рук в руки: так надежнее, потому что бастует королевская почта. Еще не стоит пользоваться железнодорожным транспортом и ни в коем случае болеть: в декабре собираются бастовать медсестры и работники скорой помощи. Содрогаясь от холода — плата за отопление теперь неприлично высока, — конечно же, следует помнить о том, что во всем виноват Владимир Путин. Это логика заявлений британского кабинета. Системный кризис в Лондоне отказываются признавать.

Кресло премьер-министра Великобритании в этом году похоже на катапульту: не успеет новый владелец устроиться поудобнее, как тут же — кряк! — и его выбрасывает из седла. Счастливчики приземляются с золотым парашютом в виде гонораров за лекции в несколько сотен тысяч долларов (Борис Джонсон), но случается и просто бесславный полет в никуда (Лиз Трасс). Риши Сунак не исключение — тоже закрутился в кабинетной сансаре: не успел он толком нагреть сиденье, как оно тревожно зашевелилось, вызывая ощущение дискомфорта.

Британия превратилась в остров невезения

Вчера Сунак вознамерился совершить поступок, который в британских консервативных кругах должен быть представлен как подвиг. Правительство подготовило план борьбы с нелегальными мигрантами, штурмующими на резиновых лодках английские берега. «С кризисом в проливе мы покончим», — утверждает Сунак. Он грозит нарушителям усилением береговой охраны: будет сформировано новое подразделение из 700 человек, снабженных «новейшими технологиями, включая дроны, чтобы выявлять маленькие лодки». К концу следующего года обещано покончить с пылящимися делами нелегалов: в 2021-м миграционные власти смогли разобрать всего лишь четыре процента из них. Мигрантов из дорогостоящих отелей переселят в пустующие летние лагеря, военные бараки и начнут отправлять в Руанду, как только завершатся судебные разбирательства, связанные с этим спорным проектом. Еще Сунак намерен депортировать на родину нелегалов-албанцев («Албания — это безопасная и процветающая страна») и вообще законодательно закрепить норму — «если ты прибыл в Британию нелегально, то оставаться здесь тебе нельзя».

На беду, в день оглашения Сунаком программы решительных действий в Ла-Манше случилась катастрофа. Около трех часов утра одна из резиновых лодок с мигрантами — как всегда, переполненная — начала сдуваться и уходить под воду. Четыре человека погибли, больше сорока, к счастью, удалось спасти. Случившееся можно трактовать как нехорошее знамение, раз уж оно совпало с анонсом предстоящей реформы. С другой стороны, трагедию можно воспринимать как еще один тревожный сигнал — необходимость действовать, чтобы не гибли люди.

Проблема в том, что одними репрессивными мерами решить проблему нелегальной миграции нельзя. Рассуждения Сунака о «процветающей и безопасной Албании», которая «благоухает» благодаря членству в НАТО, противоречат репортажам британских журналистов о пустующих албанских деревнях, нищете и безработице. Попытки затолкать мигрантов в наспех сколоченные лагеря в этом году закончились вспышкой дифтерии в переполненных бараках на бывшем военном аэродроме в Кенте. Выбравшиеся оттуда мигранты рассказывали жуткие истории о том, как они спали вповалку и питались просроченными продуктами. Судебные тяжбы из-за проекта отправки нелегалов в Руанду будут тянуться еще долго — и велика вероятность, что схема ускоренной депортации не заработает, выражаясь мягко, в обозримом будущем. И главное — для большинства стремящихся любой ценой попасть в Британию мигрантов сегодня не существует «безопасных и законных маршрутов», поэтому их выбор невелик: резиновая лодка или контейнер на прицепе грузовика.

Британия превратилась в остров невезения

Тема миграции — традиционный раздражитель в отношениях между населением острова и кабинетом министров. Но сейчас гораздо актуальнее позиционная война между профсоюзами и правительством. Забастовщики требуют повышения зарплат в соответствии с инфляцией, министры утверждают, что насыщать экономику деньгами сейчас нельзя — фунт еще больше обесценится. В игре «кто моргнет первым» пока ничья. В проигрыше остаются вынужденные испытывать неудобства британцы. Национальная система здравоохранения все больше погружается в кризис: свыше 100 тысяч вакансий, врачи работают на износ, своей очереди на лечение месяцами ждут миллионы пациентов. Поднятый медсестрами бунт не имеет прецедента — такого в британской истории еще не было. И заменить их некем — армия может предоставить только водителей, обращаться за медицинской помощью к ним бесполезно. «Кому правильнее верить: тем, кто нас спасает, или бесконечно врущим министрам?» — ставит вопрос колумнист The Guardian Полли Тойнби.

В правительстве Сунака и здесь обещают репрессивные меры. Есть шанс провести через парламент законопроект, существенно ограничивающий права на организацию забастовок в жизненно важных сферах. Так сделали в начале декабря в США, где палата представителей конгресса законодательно запретила железнодорожникам бастовать. Пойдя на такой шаг, правительство рискует подыграть связанным с профсоюзами оппозиционным лейбористам. Опросы и так показывают, что они получили бы абсолютное большинство мест в парламенте, если бы всеобщие выборы прошли сейчас.

На горизонте опять замаячила третья сила: «отжимать» голоса недовольных собрался один из главных пропагандистов Brexit — Найджел Фарадж. Он уже заявил о том, что намерен добавить оборотов созданной им партии Reform UK. Нечто подобное наблюдалось в преддверии референдума о выходе из Евросоюза: после кризиса 2008-го гнев британцев переключили на единую Европу — свое возмущение падающим уровнем жизни они вложили в голосование по Brexit. Во что конвертировать нынешнее недовольство неизвестно: с Евросоюзом уже разошлись, от Украины устали, в противостоянии с Россией лишь потери, если только не переливать санкционную нефть где-то далеко в море и втихаря.

Британия превратилась в остров невезения

В британской прессе Сунака называют «премьером-невидимкой». Не потому, что он прячется от публики, а потому, что невозможно понять, есть ли у него представление о том, как должна развиваться страна. Как показал опыт незадачливой Лиз Трасс, к светлому будущему Британии кредиторы сегодня испытывают большое недоверие. Непонятно, в чем еще, кроме увеличения налогов и сокращения госрасходов, заключается программа действий нынешнего кабинета по выводу страны из кризиса?

Вместо этого — постоянные развороты и отмены уже принятых решений: строительство обещанных 300 тысяч домов отложено до лучших времен; то грозят, то не решают поставить новые ветряные мельницы на шельфе; также в небытие ушли экстравагантные идеи нынешнего премьера размещать мигрантов на круизных лайнерах и штрафовать пациентов, не явившихся вовремя на прием к врачу. Это далеко не все зигзаги Сунака, к тому же сейчас только начало его деятельности, так что продолжение следует.

Способность нового премьер-министра принимать радикальные решения ограниченна в принципе. У него нет мандата всеобщих выборов: Риши Сунак всего лишь партийный назначенец, мечтающий о том, чтобы досидеть до предстоящих через два года выборов. Шансы вылететь, нажав не ту кнопку, у него велики, и стремление уцелеть любой ценой определяет масштаб действий этого политика. Понимая, что главная угроза исходит со стороны его собственной партии, Сунак изо всех сил пытается быть гоголевской «дамой, приятной во всех отношениях» или хотя бы «просто приятной дамой», опасаясь, что его как поставили, так и скинут свои.

Британия превратилась в остров невезения